Я буду говорить с тобой здесь. С тобой, которого не существует. Который когда-то ответил бы мне на мои монологи короткой фразой или молчанием. (Я почти не помню те времена, когда я получала другой ответ). Здесь - мне ответом тоже будет молчание. Почти нет разницы.
Сегодня - один из тех удивительных закатов, сначала огненно-оранжевых, а затем ярко-розовых, которые бывают в Бюссуме в весенние и летние вечера. Ты сам видел эти закаты в прошлом году... Я страшно люблю смотреть на отпечаток заката на стене в комнате. А в спальне в это время мне хочется завернуться в одеяло, поджать ноги, положить голову тебе на плечо и делиться чем-то важным.
Но тебя - нет. И никогда не будет. И я могу говорить с тобой только так, отправляя слова в пустоту.
Я бы так хотела выйти с тобой на балкон сегодня - и замереть, потому что мир прекрасен. И полон жизни. Полон цветущих деревьев, запаха весны, нежной листвы. Хотела бы чувствовать тепло твоей руки и бояться ее отпустить.
Я так долго ждала, когда закончится преодоление и начнется наша жизнь. Мне кажется, я проделала большую работу на этом пути, и я говорила себе так часто: "Подожди еще, скоро всё будет хорошо. Будет время друг на друга. Будет снова фокус внимания." ...But tomorrow never came (c)
Тебя - нет. Будущего вместе - нет. Есть - я. Есть - закаты... Есть - бегущая куда-то моя жизнь, которая пытается не пропасть в этой петле истории.
Как ты мне нужен. Как я тебя любила. Как мне больно.
Я буду говорить с тобой здесь и представлять, что ты это читаешь. Улыбаешься. Обнимаешь меня. Буду говорить о разных мелочах, которыми мне запомнился каждый день. Обо всём, о чём я говорила бы тебе наяву.
Мир резко изменился: закрытые границы, рухнувшие планы (как и сама возможность их), паника, карантины, местами - массовый психоз. В утешение себе самой - всё это уже в истории было и исчезало со временем. Была испанка в 20 веке. Была холера и Пушкин, писавший стихи из изоляции в Болдино. Всё вернется на круги своя. Просто - жаль потерянных дней, недель, месяцев. Почему - потерянных? Потому что из жизни вынуты путешествия и объятия с теми, кого любишь. А у кого-то - отняты верный хлеб или жизнь. Впрочем, в 1990-х люди столкнулись с куда более жестким поворотом истории. Мой город вот внезапно лишился будущего, например, как и все, кто сюда приезжал с самыми радужными надеждами. Всё, что можно сейчас делать, - не лениться, работать над собой, писать, читать, творить, поддерживать друг друга. Так совпали все испытания, что я оказалась в родном городе и с семьей, спасибо за это Вселенной.
Каждый день - кто-то звонит. К телефону - припадаешь душой, всех не хватает. Заметила, что при разговоре с каждым (почти!) - непроизвольно спрашиваешь, как там его родители, а порой и внезапно передаешь привет; такова любовь - к человеку, ко всему его окружению как части его. Закрытые границы причиняют боль, как и небо без самолетов. Когда всё это закончится - я улечу в Копенгаген.